×
Какие воспоминания мы выбираем?
Галина Козяр, Вероника Нуркова

Галина Козяр и Вероника Нуркова рассуждают о том, почему человечество буквально одержимо изготовлением и коллекционированием фотографии.

Когда Джона Бергера спросили: «Что занимало место фотографии до того, как она была изобретена?», он ответил: «Вы ожидаете от меня ответа – графика, живопись. На самом деле точным ответом будет – память».

Джон Бергер. Способы видения

Уже более 170 лет человечество буквально одержимо изготовлением и коллекционированием фотографии. Ради чего мы готовы тратить немалые деньги и лишать себя непосредственного проживания важнейших моментов жизни, помещая между собой и миром объектив фотокамеры? Допустимо ли предположить, что это ведет к утрате того, ради чего фотография создавалась и что вызвало такой энтузиазм у фотолюбителей?

Ее открытие шло как бы не в ногу с синхронными процессами научно-технического прогресса. Фотография однозначно выбивается из этого ряда, она, в отличие от иных изобретений середины XIX века, находится вне контекста расширения физических возможностей человека. Фотография – производитель субъективного и в этом смысле в высшей степени романтическое изобретение, отвечающее на ясно сформулированный в рамках романтизма тезис о примате внутреннего мира человека над грубой эмпирикой действительности.

Фотография – инструмент идеального, орудие памяти. Замысел ее изобретения предназначен оживлять в сознании события прошлого, но ее механика – аналог одной из подсистем памяти*.

Внутренняя логика совершенствования технического средства вызывала мощный рост новых культурных практик. За счет фотографии человек приобрел немыслимые прежде возможности стабилизировать и трансформировать свою телесную идентичность (визитная и кабинетная фотография); конструировать новые физические (микро-, макро-, рентген-, УЗИ-фотография) и социальные миры (историческое событие, групповая фотография, семейный альбом); символически потреблять роскошные или опасные объекты (туристическая, рекламная, порнографическая фотография) и т.д. Таким образом, культурные практики, основанные на фотографии, оказались средством, преобразующим социум и личность, источником возникновения и распространения в культуре не существовавших ранее потребностей, форм познания, деятельности и общения.

Самые кардинальные антропологические изменения вызваны интервенцией фотографии в сферу автобиографической памяти: обеспечение доступа к воспоминаниям, которые не могут быть извлечены из памяти произвольно; процесс узнавания при обращении к фотографии дополняется и преобразуется в активное воспроизведение. Личные фотографии – средство для упорядочения и структурирования собственной истории, источник формирования и трансформации идентичности.

Фотография используется не только для сознательного и произвольного доступа к различным воспоминаниям, но и для организации деятельности по переосмыслению и организации субъективной картины прошлого.

Но фотография отнюдь не двойник воспоминания. Автобиографическое воспоминание – не стоп-кадр, в нем представлен сюжет, имеющий внутреннюю динамику. В этом смысле статичность фотоснимка, казалось бы, вступает в противоречие с потоком воспоминаний. Однако здесь мы открываем удивительную взаимодополняемость памяти и фотографии. За счет фрагментарности фотография проникает в ткань воспоминания, не разрушая, а преобразуя и организуя его. Психологически она позволяет субъекту войти в соответствующие пласты материала, скрыто хранящегося в его автобиографической памяти.

В этой связи динамичные способы фиксации реальности — кино- и видеосъемка терпят фиаско в решении задачи овладения индивидуальной памятью. Парадокс в том, что видеозапись используется в быту практически так же, как фотография, не становясь принципиально новым средством организации памяти, но обслуживает те же социальные и индивидуально-психологические функции. Видео лишает одного из главных удовольствий: воссоздания прошлого внутри настоящего без ущерба для него. Барт предпочитает фотографию фильму, так как «фотография не может сказать, что мы должны увидеть дальше». Видеозапись не позволяет включить фантазию, она дублирует временной аспект событийной реальности.

Казус любительского видео подталкивает нас к мысли, что внутренняя логика развития технического средства не всегда совпадает с логикой его психологического функционирования. Часть инноваций оказывается избыточной по отношению к потребностям человека.

Фотодело проявило потенциал интенсивно развивающейся технологии, но произошла ли смена психологического механизма?

Эксперименты подтверждают, что при отсроченном обращении к фотографиям существует разрыв между уровнем мнемического эффекта, обеспечиваемого аналоговой и цифровой камерами. Воспоминания, которые актуализируются в ответ на демонстрацию аналоговой фотографии, отличаются широким временным и закадровым охватом, воспоминания, следующие за предъявлением цифровых фотографий, сжимаются по времени.

Прогресс в технологии создания средств регуляции памяти не означает большей психологической эффективности нового изобретения. Уверенность в точном совпадении того, что человек полагает в качестве оптимальных параметров орудия будущего воспоминания, субъективно избавляет его от необходимости кодирования дополнительной информации. Однако зачастую мы оказываемся недостаточно компетентны в отношении реальных механизмов работы наших психических функций, в частности памяти. Наивное отождествление изображенной на фотографии статичной сцены и динамичного сюжетного воспоминания приводит к тому, что вместо целостной истории события прошлого возникает описание изображения. Акт памяти подменяется актом восприятия. Причем мнемическая ущербность подобного регрессивного использования фотографии плохо рефлексируется самим вспоминающим и становится явной только в контексте коммуникации. В связи с этим фотография понимается как парциальный фрагмент комплексного действия запоминания, включающего также мысленное проговаривание сюжета, его соотнесение с предшествующими и последующими событиями, локализацию во времени, внимание к незрительным аспектам ситуации и т.д. В результате воспоминание, опосредованное аналоговой фотографией, приводит к конструированию истинного воспоминания — хорошо вербально оформленной истории целостного события прошлого.

Так что вместе с фотокамерой определенного типа скрыто приобретается и способ запоминания. Несколько утрируя результаты представленного исследования, можно заключить: если вы хотите иметь совершенные фотографии, выбирайте цифровую камеру, но если вы хотите иметь совершенные воспоминания, доверьте их старой доброй пленке.

* Иконическая память была открыта Дж. Сперлингом в 1960 году. Ее рассматривают как хранилище визуальной информации с очень большой емкостью и малым (250–5000 мс) временем удержания. Основная ее функция – буферное хранение поступающей стимуляции для обеспечения возможности распознавания и восприятия. Иконическая память работает автоматически вне зависимости от нашей воли. Прекратить ее работу можно, только остановив поток информации, например, закрыв глаза. Забывание связано с угасанием или вытеснением вновь поступающей стимуляцией.

Полностью статья была опубликована в журнале социально-гуманитарных исследований «Лабиринт» № 4, 2012

ДИ №6/2015

31 декабря 2015
Поделиться:
Тэги:   фотография,