×
В жанре hard-jumping
Наталья Романова

В апреле 2013 года питерской арт-группировке «ПРОТЕЗ» исполнилось семь лет. Некруглая дата, а также отсутствие каких-либо других поводов неплохо подходят для написания статьи об этом явлении. Округлости и прямые углы им совсем несвойственны: лучшим определением того, что делают эти художники, будет слово weird — что-то вроде «кривой», «странный», противоположное straight — «прямой», «предельно ясный».

«Мы — представители желтой прессы в искусстве», «нас интересуют пять основных жизненных тем: секс, насилие, безумие, наркотики и война» — по этим фрагментам из манифеста группировки их проще всего было бы представить в виде «отморажи-вающейся» молодежи, деятельность которой сводится к эпатажу. На самом деле это трое разновозрастных художников — все с высшим образованием (Межерицкий — театральный режиссер, Вилкин — книжный график, Ющенко — искусствовед). Вместе они сумели выработать собственный образный мир из информационного спама, обрывков бульварных газет, строк из рок-песен и тотально иронического взгляда на мир. Творчество группировки «ПРОТЕЗ» сложно для адекватного восприятия по двум, казалось бы, взаимоисключающим причинам: во-первых, оно постоянно кажется вовсе не тем, что есть; во-вторых, оно ни за что и не выдается, то есть никаких масок художники на себя не примеряют.

Старший в объединении, Игорь Межерицкий, в 1990-х годах занимался преимущественно коллажами. Вместе с другими участниками «Центра тяжелого искусства» он примерно за год создал серию почти из полутора сотен работ, собранных из различного, валяющегося под ногами «треша»: оберток только что пришедших в страну «сникерсов» и прочих хлынувших с Запада товаров, газетных вырезок тех лет и рекламных слоганов. При всей простоте идеи эти работы предельно точно зафиксировали срез низовой жизни тех лет, угол зрения очумевшего от слома эпохи обывателя. В группировке «ПРОТЕЗ» коллажность проявлялась не в станковом жанре, давно уже исчерпавшем себя, а буквально во всей деятельности. Все их акции и работы наполнены цитатами, причем из совершенно разных и, казалось бы, несопрягаемых областей — от низовых и бытовых до «высокой культуры». Чаще цитируются наиболее жестокие и идиотские сюжеты криминальных хроник, на них основаны как ранние живописные работы участников, так и последний их проект «Порнохолокост» — своеобразное собрание наиболее нелепых сюжетов о сексе и насилии. Изобретенный группировкой жанр hard-jumping (название отсылает к забавам подростков, прыгавших по чужим машинам с битами и выкладывавших видео об этом в Youtube) представляет собой нечто среднее между коллажем и живописью — художники рисовали на рекламных афишах концертов известных исполнителей. Тематика переработанных афиш была различной, но в большинстве случаев они самым циничным образом пародировали рекламу. Плакат концерта народного артиста Белоруссии Ярослава Евдокимова в работе Игоря Межерицкого превращался в рекламу анти-персперанта с емким слоганом «Купи дез — вонять не будешь!» (подслушанным у уличных торговцев), а Григорий Ющенко из афиш исполнителей сделал серию плакатов к несуществующим фильмам в жанре «молодежное порно» «Писькин праздник». Огромное количество цитат взято из текстов песен — как из навязших в ушах радийных хитов, так и из ценимого художниками рок-андеграунда 1980–1990-х (к примеру, название выставки «… твою мать, я не знаю кун-фу» — из песни Андрея Машнина, более известной в исполнении Егора Летова, а в работе Игоря Межерицкого «Кетаминовая ночь» знаток сибирского анде-граунда обнаружит строчку из песни группы «Передвижные Хиросимы»). Стоит упомянуть проект 2008 года с совершенно неудобоваримым названием «О...енно русский», в рамках которого плакаты перерисовывались «вживую» прямо на улице. Основной темой проекта стали обстебывание и деконструкция городской социальной рекламы до уровня тотального бреда. В акциях группировки (корректнее было бы называть их хеп-пенингами, поскольку в них происходило взаимодействие со случайными зрителями) также сталкивались совершенно несовместимые понятия. Например, в Смольном институте, к ужасу пригласивших их организаторов, художники читали лекцию, как стать успешным художником, демонстрируя порнографические картинки (акция «Собака Бакштейна»). В «Ликвидации таможенного конфиската» работы художников отдавали случайным зрителям за сто неденежных единиц (окурков, приседаний и

т. д.) — акция цитировала такой нехудожественный срез жизни, как распространенные в Петербурге распродажи конфискованных товаров. Накануне в центре города художники расклеили плакаты, полностью имитировавшие афиши соответствующих распродаж, только вместо курток «аляска» или белорусской обуви в качестве лотов были вписаны названия работ художников. По воспоминаниям одного из членов группировки, во время расклейки афиш к нему обращались не «въехавшие» в подмену прохожие с вопросами типа «А мобильники на распродаже будут?» Весьма показательной была акция «Продажа голоса», прошедшая 2 декабря 2007 года во время думских выборов. Художники и сочувствующие им товарищи встали возле избирательного участка с картонными табличками, как у нищих, с надписями «Продам свой голос», за что и были вскоре задержаны с формулировкой «за несогласованный пикет». Эта акция многими была воспринята как политическая: в частности, о ней тут же написал сайт «Каспаров.ру», хотя никакой политической подоплеки и близко не было. Основой для акции послужила заметка из бесплатной газеты «Петербургский дневник», где описывалась технология подкупа случайных зевак на выборах, а художники, по их словам, просто хотели проверить ее в действии. Это издание, кстати, одно из многочисленных «вдохновителей» творчества — оттуда часто заимствовались названия выставок, например, «Крах развлекухи» и фамилии упоминавшихся в акциях персонажей, к примеру, врачи Збихли, Педсаелова и Гончар из акции «Свинцовое молчание».

Когда игнорировать группировку для художественной общественности стало невозможно, на нее посыпались различные однобокие интерпретации. Явно неуважительно относящихся к арт-процессу ренегатов необходимо было куда-то «записать», как-то «приручить» это явление в контексте культуры. Огромное количество попыток было провести «ПРОТЕЗ» по левацкому ведомству. Ага, проводят акции, были проблемы с милицией и задержаниями, вроде протестуют против каких-то несправедливостей, значит, это «левые» протестные художники. С появлением на художественной сцене группы «Война» общим местом стало сравнение «ПРОТЕЗа» с ней. Апогеем поспешного причисления к «левым» можно назвать интернет-публикацию на одном из правых порталов под названием «Сущность антифашизма», где плакат из серии «О...енно русский» («Русский порноцирк») выставили как одно из свидетельств дегенеративности антифашистского движения. Художников очень удивило, что кто-то воспринял их деятельность в таком ракурсе, ведь политика им была всегда безразлична, а в программно «протестной» квартирной выставке «За свободу!» в Москве, куда их пригласили по явному недоразумению, они участвовали с работами, столь же издевательски эксплуатирующими «правую» риторику (например, плакат с лозунгом «Трахни хача и живи хохоча»). В статье в «Коммерсанте», посвященной уже «послепротезовской» выставке Григория Ющенко, автор серьезно, не воспринимая иронии, буквально понимает призыв на плакате «Не берите детей на марш несогласных» и говорит о продвижении группировкой «православных ценностей». Воспринимать лозунги группировки как трансляцию информационного спама привыкшее к «серьезному», straight, высказыванию арт-сообщество оказалось неспособно.

Выставки и акции группировки всегда наиболее активно посещали люди, не имеющие никакого отношения к арт-сообществу, которые ни на какие выставки вообще не ходят — люмпен-интеллигенция из околомузыкальной тусовки и молодые неплатежеспособные маргиналы. «ПРОТЕЗ» можно спокойно встроить в историю русского искусства, проведя линию от Арефьевского круга, с одной стороны, и текстовых работ Ильи Кабакова — с другой, добавив сюда и «Мухомор», и «Новых художников», и некрореалистов. Только вряд ли поклонники творчества группировки вспомнят, кто это такие, а сами художники из идейных вдохновителей назовут скорее андеграундных музыкантов, цитаты из которых используют в своих работах: группы «МашнинБэнд», «Передвижные Хиросимы», «Соломенные Еноты» или «Церковь Детства» (сомневаюсь, что кому-то из художественной тусовки эти названия что-то скажут).

Манифест группировки «ПРОТЕЗ», декларирующий гуманизм и борьбу с пороками путем их иронического изображения, так же серьезен и соответствует действительности, как аннотация их любимой газеты «Мир криминала» — «Публикации несут в себе цель предупредить о последствиях правонарушений и предупредить подобные случаи». Основная тема для этих художников — вовсе не насилие и секс, а поток информационного спама, ежедневно льющийся на нас — из газеты, из телевизора, из Интернета, с рекламной тумбы. В абсурдном коктейле из этих обрывков медиа, которым наводнены работы художников, рождались брутальная энергетика и юмор, позволяющие дальше жить среди всего абсурда нашей жизни. Довольно символично, что свою совместную деятельность художники завершили в «эпоху перепоста», когда информационное пространство россиян — от гопника до успешного галериста — захватили социальные сети, и любая информация в силу перенасыщенности ею пространства окончательно превратилась в спам. В 2008 году группировка «ПРОТЕЗ» сняла короткометражный фильм «Самосуд идет», пародирующий ряд телепередач того времени. Через пять лет сами эти телепрограммы стали настолько абсурдными, что сейчас спародировать их уже невозможно. А если поток спама нельзя интерпретировать и перерабатывать, значит, от него надо отгородиться. Нынешние сольные проекты участников группировки далеки от переосмысления информационного контента. Григорий Ющенко в проекте «Открове 2012» изображает визионерские картины апокалипсиса, Александр Вилкин в своих рисунках занят исследованием сексуальной природы школьниц, а Игорь Межерицкий делает живописный проект о типах эстрадного пения. Участники группировки дружат, и ничто вроде бы не мешает им собрать «ПРОТЕЗ» снова. Но чтобы вновь быть актуальнее всех актуальных, видимо, придется диаметрально поменять художественную стратегию. Быть может, они наконец без тени иронии научат нас, как надо жить и как спасти Россию.

ДИ №4/2013

17 августа 2013
Поделиться: