×
Книжная полка Сергея Попова

Георгий Гурьянов. Я и есть искусство
М.: АСТ, 2017

Гурьянову-художнику (1961–2013) известности не занимать, но его слава будет не полной без образа Гурьянова-музыканта. Барабанщик легендарного рок-бенда «Кино», он был одним из создателей cool style группы и в какой-то степени всей ленинградско-петербургской культуры времен перестройки. Именно поэтому книга вышла у мейджора издательского дела, группы АСТ, ранее не замеченной в особенном интересе к современному искусству. Сборник безупречно вписывается в ряд изданий о творцах петербургского круга «Тимур. Врать только правду!» (издательство «Амфора») и «Владислав Мамышев-Монро в воспоминаниях современников» (издательство «Артгид»). Все они подтверждают, что быть успешным художником изСеверной столицы означает не только создавать величественные произведения искусства, но иметь правильный круг общения, обладать мощной харизмой, жесткой позицией по любому вопросу, а главное – непрерывно генерировать мифы о себе. Книга состоит из двух частей, где собраны немногочисленные интервью с Гурьяновым и воспоминания современников. Георгий Константинович скупо цедит фразы, но для тех, кто его помнит, за каждым словом слышна интонация, смешивающая силу и высокомерную иронию. Кстати, Метсур Вольде, автор-составитель и преданный поклонник художника, не был знаком с героем исследования. Информацию он свел вместе в специальном сообществе «Вконтакте». Результат – добротная подборка текстов и картинок, которая дает жизненный путь «Густава» от колыбели до могилы. Репродукций полотен в сборнике нет, зато много живых фотографий, что важно: соединить максимум доку- ментальных свидетельств – работа, которую необходимо было проделать срочно, пока воспоминания свежи.

Майкл Баскар. Принцип кураторства. Роль выбора в эпоху переизбытка
М.: Ад Маргинем Пресс, 2017

Название настраивает на то, чтобы воспринимать книгу в ряду предыдущих изданий серии Garage Pro, посвященной вопросам кураторства («Удел куратора» К. Шуберта, «Пути кураторства» Х.У. Обриста и др.), но она не об этом, а о вопросах сегодняшней экономики, предпринимательства и потребления. О кураторстве автор знает столько же, сколько читатель вышеперечисленных книг – но это совершенно не умаляет достоинств издания. Баскар – опытный журналисти издатель, он заимствует из выставочной практики идею отбора, чтобы транслировать ее в другие, привычные для любого жителя земного шара сферы. Речь идет о принципах выбора товаров или услуг из бесчисленного множества, предлагаемых сегодня рынком, и в которых потребитель (приведенные цифры впечатляют) тонет. Это руководство для бизнеса, а не для клиента; я сам почерпнул из него пару свежих микро-идей для моей галереи. Баскар утверждает: «Кураторство – это создание ценности благодаря отбору и систематизации. В сочетании эти действия – настоящий кладезь для мира, где всего стало слишком много. Многие кураторы из мира искусства отказываются давать кураторству такое куцее определение… защищая право на… очередной теоретический конструкт, интеллектуальное излишество, преходящее увлечение, а не интересное и полезное занятие». Принцип кураторства по мысли автора можно применить на практике к чему угодно. Правда, кураторы искусства в результате выглядят этакими первопроходцами маркетинга, что их принижает. Однако, если такой подход принесет пользу для 7 млрд населения планеты, почему бы не использовать слово «кураторство» для хорошего дела?

 

Вальтер Беньямин: новые сочинения. М.: V-A-C press, 2017

«О!» – первое, что восторженно воскликнет гуманитарий, увидев книгу с таким названием на прилавке. «What the hell?!» (в переводе на русский «Че за шняга?!») – реакция после прочтения хотя бы одной страницы этого опуса. К Вальтеру Беньямину напечатанные тексты не имеют никакого отношения. Имя великого философа, теоретика, поменявшего представления о современной культуре и ее восприятии, присвоил жулик-псевдоинтеллектуал, судя по контексту (а фактов нет), – неудачливый художник с амбициями, обитающий где-то между Любляной и Берлином. Это не ролевой проект – кавычки возле имени сняли бы вопросы и претензии. Это ряд наглых анонимных заявлений, практически все при близком рассмотрении оказываются ложными посылами. Среди них: «История искусства и само искусство – это устаревшие концепции»; «любой художник, говорящий от первого лица, сегодня бессмыслен»; «все эти понятия оригинальности, индивидуальности, произведения искусства и художника утратят свое значение… они, скорее всего, окажутся второстепенными, а то и вовсе ненужными», наконец – «художественный музей станет этнографическим музеем». Позвольте. Вы вообще кто такой, «Mr. Benjamin»? Как понятно из контекста, он создатель нескольких копий произведений модернистского искусства; не слишком большой багаж, чтобы снисходить до настоящей критики. Хотя вводимое на страницах книги понятие «деартизация» заслуживает основательного критического разбора – только потому, что сам этот термин попахивает сходством с принципом деления искусство на «дегенеративное» и приемлемое. Жаль не потраченного на чтение книги времени; жаль потраченные фондом V-A-C энергию и средства на поддержание автора. Особенно обидно, что имя философа-антифашиста, буквально своей жизнью доказавшего новые перспективы свободы для искусства, присвоено лишенной интеллектуальных качеств фигурой, больше схожей с властью, сведшей настоящего Беньямина в могилу.

 

Данила Булатов. Возрождние модернизма. Немецкое искусство 1945–1965 годов. Художественная теория и выставочная практика
М.: РИП-холдинг, 2017

Книга Булатова, сокуратора недавней выставки «Лицом к будущему», объясняет, почему выставка удалась, и составляет, в сущности, ее содержание. Делавшие ее специалисты знают о послевоенном искусстве все. Классическая академическая монография содержит четыреста с лишним страниц текста. Язык ясный и не перегружен терминологией, хотя примерно на середине от теоретических пассажей немецких художников у среднестатистического читателя голова пойдет кругом. Книга начинается с контекста выставки «Дегенеративное искусство» (после аргументации перевода Булатова ее нужно называть «Вырожденческое искусство») и доходит до первых картин Рихтера и Польке; как немцы из нации, физически уничтожавшей произведения модернизма стали едва ли не самым влиятельным народом в мире современного искусства. Понятно, главное – это борьба с последствиями фашизма и вообще любого тоталитарного мышления, об этом говорится на первой же странице. Но нюансов и сложностей хватает – чего стоят только утверждения крупнейших теоретиков искусства, тяготевших к откровенно правой идеологии, и анонимные рассуждения посетителей послевоенных выставок, что «Гитлер был прав и нацисты были правы». Опыт преодоления последствий войны показан через практику и Западной Германии, и Восточной. Здесь много (даже для меня) новых имен и сотни иллюстраций, без которых невозможно представить этот спектр мнений. При этом разговор об именах ведется через контекст, анализ выставочной практики, а не через монографические обзоры. От беспредметности и мифологизма через дискуссию об «абсолютной живописи» теоретики ведут читателя к концептуальному искусству. Так, в книге «Проблематика современного искусства» (1948) один из крупнейших среди них, Вильгельм Воррингер, призывает: «Скажи мне, насколько ты охватываешь вселенную, и я скажу тебе, насколько ты художник». Фраза до сих пор не утратила актуальности.

Джефф Дайер. Самое время. Неклассическая история фотографии
СПб.: Клаудберри, 2017

Дайера критики называют любителем; если это и так, то воистину скучно читать книги профессионалов. Произведения английского писателя и публициста переведены на 24 языка, он лауреат множества премий, в том числе премии Международного центра фотографии. Можно, конечно, упрекнуть его в чрезмерной любви к американской фотографии: вот Родченко и Мохой-Надь, например, сюда даже не заглядывали, а Ман Рэй упомянут разок между делом. Но не будем судить, подождем, когда Дайер решит написать такой же занятный том про конструктивизм. Если можно рекомендовать к прочтению одну единственную книгу о фотографии, я выбираю эту. На языке оригинала она называется «The Ongoing Moment»; русская версия звучит еще точнее «Самое время. Неклассическая история фотографии». И правда, самое время говорить о фотографии как о грандиозном историческом явлении, навсегда изменившем историю искусства. Поначалу кажется, что книга состоит из отдельных эссе, однако быстро понимаешь, что это именно история, рассказанная нелинейным способом. Дайер – рассказчик экстра класса. Некоторые эпизоды увлекают, как роман: про слепых аккордеонистов или про жен/натурщиц великих Стиглица и Уэстона. Сюжетов масса – тут и шляпы («Я составил исчерпывающий перечень шляп на всех фотографиях, которые смог найти…»), и отпечатки рук, и сломанные скамейки, и задницы шерифов, и груди прекрасных дам, и небоскребы, и, конечно, двери. По ходу книги они не раз пересекаются. Автор смакует восторг от переклички кадров из разных эпох, которым сам был обуреваем в процессе изучения материала. Как бы между делом Дайер фокусирует читателя на ключевых темах – времени и смерти. Величественный пазл из лучших фотографий ХХ века в самом конце вдруг собирается в вопрос AFTER DEATH WHAT?, заданный в связи с падением башен-близнецов. Правда, ответить на него фотография не в силах.

 

Любовь за деньги. Партисипаторные проекты Терезы в области исследования феномена проституции. Под ред. Вики Бегальской, Александра Вилкина. 
М.: Свободное марксистское издательство, 2017

Бегальская и Вилкин – художники, бодро и активно работающие с болезненными общественными темами. Их интересует феномен проституции. В 2015 году в галерее pop/off/art на выставке «Гертруда» они выставляли живопись на тему, но их исследования не ограничиваются этим. Годом раньше, в 2014-м, Бегальская и Вилкин основали творческий союз художников и секс-работников «Тереза», который занимается искусством, а также социальной адаптацией секс-работников и теоретическими исследованиями, как бы ни парадоксально это звучало, в данной области. Сборник посвящен теории и практике; либретто совместных пьес Бегальской/ Вилкина и участников «Терезы» (одна из них выдвигалась на «Инновацию» и попала в собрание музея M_HKA) чередуются с многочасовыми дискуссиями на круглых столах и текстами, написанными для этого издания (в этой части зажигает философ Игорь Чубаров). Здесь все перемешано: самовыражение, серьезный контекст и жесткие примеры из жизни. У этих проблем нет однозначного решения. Например, сеансы БДСМ могут быть представлены как специфическая форма психотерапии. Интерес чтения, однако, в том и состоит, чтобы узнать это множество точек зрения. Книга издана малым тиражом и распространяется бесплатно. Заинтересованные лица могут получить ее только из рук издателей.

 

ДИ №5-2017

 

1 марта 2018
Поделиться: