×
Анархист и администратор

Два этажа ММОМА на Тверском бульваре заняли «Последние квартиры с видом на озеро» Светы Шуваевой. В преддверии открытия выставки художница рассказала писателю Денису Крюкову о маме, снежных верандах, о контроле и случайности в искусстве.

 

Денис Крюков: Света, как у человека, родившегося в городе Бугульма, не могу не спросить, пробовала ли ты легендарный в интеллигентской среде напиток?
Света Шуваева: Бальзам? Я узнала о его существовании в Москве в году 2011. При этом в Бугульме я провела всю юность и никогда не встречала этот напиток. Когда жизнь меня столкнула с московскими панками, они, узнав откуда я, обрадовались: «О, Бугульма!», я удивилась.

 

ДК: Я слышал, что до III курса ты не очень интересовалась современным искусством? А потом вдруг начала. Что стало тем самым крючком, который тебя зацепил? 
СШ: Поняла, что хочу быть художником в детстве, попросила меня в художку отдать. Но я вообще ничего не знала о современном искусстве. Родители не интересовались, и в нашей провинции не было никаких источников. После окончания школы я решила поступать в художественный ВУЗ в Самаре. Из немногих возможных вариантов выбрала архитектурный институт. Попала к очень крутым преподавателям-архитекторам – Сергею Алексеевичу Малахову и Евгении Александровне Репиной, уверена, их знают и в московских кругах. И вот на III или IV курсе в институте прошел мастер-класс Владимира Логутова. Он показал несколько своих видеоработ. Я подумала: странные вещи. Вообще тогда не поняла, что это такое, но зацепило. Захотелось тоже делать что-то, чему сложно дать определение. Я не была тогда знакома с Логутовым, а потом совершенно случайно попала в его школу современного искусства в Самаре. Это было мощно и круто повернуло мои мысли. Я училась на дизайнера, но с самого начала знала, что по профессии работать не буду, буду заниматься искусством. Хотя до сих пор значение слова «художник» для меня находится в стадии определения. Надеюсь, этот процесс не завершится.

 

ДК: Мы с тобой познакомились, когда я заказал тебе обложку для газеты «Досуг в Москве» (их рисовали разные современные художники). Когда я ее получил, яркую, лапидарную, четкую, понял, что готов поручать тебе все обложки. Вообще, будь моя воля, я бы заказал тебе какие-нибудь необязательные уличные знаки. А что бы тебе хотелось сделать из того, что выходит из зоны галерейного искусства?
СШ: Я стараюсь и люблю делать такие вещи. Например, этим летом с моей соседкой по студии на ВДНХ Машей Молоковой – она тоже художник, учится в школе Родченко – придумали проект. Я из бумаги сделала одежду – куртку, платье, штаны и плащ. Одни части «скроены» из покрашенного ватмана, другие я достала из строительной помойки: пакеты из-под сухих смесей и цемента, тоже бумажные. С помощью скотча и клея соединила все части. Потом Маша помогла мне эту одежду надеть, и мы пошли гулять по ВДНХ. Тогда там было много рабочих. Асфальт укладывали, еще что-то делали. А мы среди этих декораций реконструкции парка устроили фэшн-съемку. Ну и неожиданно развеселили рабочих своим карнавальным видом. Например, иду я в костюме эдакого бумажного трансформера, а навстречу едут чуваки на тракторе и, улыбаясь во весь рот, показывают большой палец. Кто-то просил сделать фото на память. Обычные же посетители ВДНХ не обращали на нас внимания, а рабочие были в восторге, заценили использованные пакеты от строительных смесей. Маша сделала много фото и сверстала журнал о наших приключениях, который мы потом показали в Музее Москвы вместе с одеждой-макетами.

 

ДК: Были еще подобные опыты?
СШ: Этой зимой выпало очень много снега. Это же упавший с неба бесплатный материал, с которым срочно нужно что-то делать! Как сумасшедшая, я схватила лопату: у нас не было специальной широкой, только штыковая. С ее помощью я соорудила веранду. Нормальную зимнюю веранду. Потом вспомнила, как в детстве мы красили снег, и решила покрасить его синей гуашью. Некоторые решили, что я бассейн выкопала. Всю зиму я за ней ухаживала, подметала, подкрашивала. Когда снег начал таять и появились проталины, это был стресс. А когда совсем растаял, на асфальте еще долго лежала гуашевая синяя крошка. Ну как такое покажешь в галерее? Зрителями становились мои гости. Некоторые выходили курить на веранду. В какой-то момент за ней строители насыпали кучу земли, появился новый ландшафтный элемент. Пришлось поместить на кучу электронную бегущую строку, где бесконечно движется фраза hello welcome. В общем, я люблю дурачиться и развлекать себя.

 

ДК: В искусстве есть элемент случайности, а есть элемент контроля, как у тебя происходит?
СШ: Я анархист, администрирующий сам себя. Не могу полностью все отпустить или полностью все контролировать. Видишь этот объект, сделанный для прошлой выставки? Это объект Good Helper – макет, копия настоящей кастрюльки и плитки, на которой я готовлю. Он практически неотличим от оригинала. Мне было недостаточно просто сходства с оригиналом, поэтому я решила, что в дело должна вмешаться стихия, которая деформирует бумажную форму. И я подожгла макет. Конечно же я знала, как именно он должен «сгореть», и контролировала происходящее с пульверизатором в руке. Еще я часто сканирую изображения со сдвигами. Результат почти всегда непредсказуем. Но я повторяю действие несколько раз, чтобы получилось так, как я хочу видеть картинку в итоге.

 

ДК: Так, ну а глобально ты вообще понимаешь, что делаешь?
СШ: Далеко не всегда. У меня скорее на интуиции все строится.

 

ДК: То есть сходу не можешь сказать, что является предметом твоего исследования?
СШ: Да я ничего и не исследую. Я экспериментатор. Любопытствующий. Я про красоту. Скромно надеюсь, что способна иногда создавать интересные образы.

 

ДК: У тебя была квартирная галерея «Светлана». Что сейчас с ней?
СШ: Ничего, ее деятельность приостановлена на неопределенный срок. Возможно, когданибудь возобновлю галерею.

 

ДК: Ну а в целом тебе интересен кураторский опыт?
СШ: В «Светлане» я не была куратором, выступала скорее как хостес. Звала интересных мне художников, друзей, но никогда не редактировала их работы. Помогала в реализации, но без вмешательства в идею. Если позвала, значит доверяю. Сейчас иногда могу посоветовать друзьям каким образом что-то лучше будет выставить, но в целом кураторских амбиций у меня точно нет.

 

ДК: Меня всегда интересуют технические моменты в жизни художников. Есть ли у тебя какой-то способ выходить из творческого кризиса?
СШ: Наверно, я не знаю, что такое творческий кризис. Если ничего не идет в голову, не воспринимаю это трагически. Значит, время не пришло, необходима пауза. У меня скорее бывает так: «Все, не буду больше художником», но происходит это не оттого, что я не могу что-то придумать. Стесняюсь и боюсь показывать свои работы. Я очень нежный художник!

 

ДК: У тебя огромная выставка в ММОМА. В 2016 году Cosmoscow назвала тебя художником года. Важно ли ощущать свою востребованность?
СШ: Я не ощущаю себя востребованным художником. Но подозреваю, что ощущение востребованности придает оптимизма человеку любой профессии.

 

ДК: Расскажи тогда про выставку, которую ты сейчас готовишь.
СШ: Она называется «Последние квартиры с видом на озеро». Это фраза из рекламы нового жилищного комплекса. Увидела ее в метро, когда ехала на встречу с музеем и SmartАrt по поводу этой выставки. Идея проекта тогда была еще очень сырой, но, прочитав фразу, поняла: что бы я ни придумала в дальнейшем, выставка будет называться именно так. Желанный для многих образ – квартира с видом на озеро! И тут же тебе говорят, что она последняя. Начинаешь нервничать, кажется, тебе не успеть. Тут в голове и возник лирический герой Адекватный Собственник, который также читает эту фразу и понимает, что не видать ему квартирки, если не следовать правилам игры – строить карьеру и зарабатывать деньги.

Он работает изо всех сил, но квартира мечты по-прежнему ему недоступна, потому что он слишком честно и наивно разыгрывает свою партию. Он становится рабом своей красивой мечты, и от перегрева от собственной эффективности у него меняется сознание. И Адекватный Собственник начинает делать искусство, сам того не подозревая – копировать со сдвигом бланки накладных, печатать собственные деньги, вырезать отели из пейзажей, найденных в туристических брошюрах. И ему уже больше ничего не надо, никаких квартир и видов. Он освобождается с помощью искусства. Хэппи-энд, да? Только вот герой немного «поехал». Страшно и смешно одновременно. На выставке будет представлен объект – журнал, сделанный от лица Адекватного Собственника, внутри него можно найти стейтмент героя. В целом это немного театральный проект, посвященный послушному потребителю, кем я, кстати, тоже являюсь. Инсталляция, которую зритель увидит на первом этаже – коллажное пространство, где обитает изо дня в день Адекватный Собственник: офис, аэропорт, паспортный стол и т.д. – все слилось воедино. Сама конструкция может напомнить зрителю железные детские площадки, где все развлечения – горки, качели, паутинки и прочее сварены в один объект. Только у меня версия для взрослых. На втором этаже я покажу принты, монотипии и коллажи, которые бы мог сделать наш лирический герой.

 

ДК: То есть ты готовишь сейчас такой opus magnum?
СШ: Слушай, если бы я так к этому относилась, умерла бы от страха, не дожив до выставки. Назовем это эксперимент. Я художник, который бережно собирает то, что любит, и пытается путем синтеза получить единый проект и образ. Если это потом кому-то понравится тоже, мне будет по кайфу.

 

ДК: Ты говорила, что у тебя есть мотивы, которые повторяются. Есть такие в этой выставке?
СШ: Сигнальная красно-белая лента часто присутствует в моих работах и в новой выставке будет тоже, правда всего один раз. Кстати, еще будут рисунки моей мамы Любови Шуваевой. Маме зимой исполнилось 60 лет. Она экономист по образованию и никогда не рисовала раньше. А зимой ее буквально прорвало – неожиданно начала рисовать. Думаю, что скорее всего это связано с тем, что у меня есть небольшая коллекция искусства, которую я храню у мамы в доме. Возможно, она смотрит на эти работы и понимает, что приемы современного искусства ей тоже доступны, и фигачит себе в удовольствие. Мне ее рисунки очень нравятся. Друзья удивляются и говорят, что ее рисунки похожи на мои. А я практически перестала сейчас рисовать. Теперь за это отвечает моя мама! На выставке будет девять ее работ. Уверена, многие зрители подумают, что работы мои.

 

 

 

Света Шуваева. Последние квартиры с видом на озеро.
ММОМА, Тверской бул., 9
5 сентября – 5 октября
Cовместно с компанией SmartArt

 

 

12 сентября 2018
Поделиться: